TRACK 20. ВОЗМЕЗДИЕ

Олег сменился после дежурства и сразу поехал навещать тётку. На этот раз подмениться не удалось, ну ничего, не впервой.
Купив дежурные яблоки, груши и пончики, к которым тётя Алла питала особое пристрастие, Олег сел в электричку. После практически бессонной ночи и выпитого натощак крепкого кофе у него было какое-то чумное состояние. Впрочем, это тоже было привычно.
Сойдя на своей станции, он свернул на знакомую тропинку, на которой срезал добрые полтора километра. За два года посещений это тоже стало привычным.
—Сейчас приведу, погоди, — кивнула старому знакомому баба Саша.
—Как она сегодня? — спросил её Олег.
—Да тихая, всё бормочет чего-то, — покачала головой она. — Последнее время всё время почти тихая. Чую, помрёт она скоро.
Баба Саша тяжело вздохнула. Ей всех было жалко, всех она баловала и, что удивительно при её небольшом росте и малой физической силе, все её слушались, даже буйные.
—Ой, да что ж это я, — всплеснула она руками, — ты, чай, с дежурства, устал, а я стою, лясы точу. Пойду приведу Аллочку.
Олег присел на лавку. Ничего здесь не менялось. Всё то же обшарпанное здание, всё те же лавки, та же баба Саша.
Из здания вышла тётя Алла, поддерживаемая под локоток бабой Сашей. Несмотря на простой халат как у всех пациентов, держала она себя царственно. Сколько Олег себя помнил, тётка всегда была высокомерна и элегантна. Она так и не вышла замуж, меняя молодых любовников из богемной тусовки. И они ещё и бегали за ней! Конечно, их средний возраст повышался с её возрастом, но они всегда были младше неё не меньше, чем лет на семь, а обычно — на десять-пятнадцать. Она всегда великолепно выглядела. Она даже сейчас великолепно выглядела.
Баба Саша подвела её к скамейке и сказала:
—Садись, Аллочка. Давай, пойду, помою, — протянула она руку за пакетом с фруктами. Олег протянул ей пакет.
—Здравствуй, тётя Алла, — сказал он и протянул ей пончик. Тётка взяла и сказала:
—Ночи станут длиннее, и дни станут длиннее. Если подкрасить мочку уха, то можно не узнать.
Олег не обращал внимания. Раньше он пытался найти в её словах какой-то смысл, тщился разгадать тайну той трагедии, но потом понял, что это бессмысленно. Где-то в глубине её мозга наверняка хранится память о том дне, но она навсегда заблудилась в его причудливых закоулках. Признать это было тяжело, но зато теперь он научился вообще не слышать все эти бредни. Он привычно отфильтровывал информацию.
—Как твоё здоровье? — спросил он.
—Как песок сквозь пальцы просеивает время, — ответила тётя Алла.
—У тебя что-то болит? — продолжил Олег поддержанную тему. — Тебя что-то беспокоит?
—Беспокойство — удел людей ищущих, — ответила тётка. — Он сказал, что ты не виноват в недомыслии.
—Может, тебе привезти чего-то вкусненького? — спросил Олег и протянул ей второй пончик.
—Мы наказаны за жестокость, — тётя Алла взяла пончик и надкусила его.
—Хочешь, привезу тебе курочку? — Олег продолжал задавать вопросы скорее по привычке, он чувствовал, что сегодня толку уже не будет, тётка ушла глубоко в себя.
—Ты оскорбил его и его избранного. Одеколона с таким запахом не существует. Это его. А ты его пнул.
Олег молчал. Отвечать или спрашивать что-то было бессмысленно.
—А я убила бедного мальчика, — продолжала тётка. Ещё полтора года назад Олег встрепенулся бы при этой фразе. Сейчас он равнодушно сидел и думал о том, что отпускные, скорее всего, дадут только после отпуска, что он задолжал уже три дежурства, что его вполне могут поставить дежурить в воскресенье на митинг какой-то оппозиции…
—Я знала, что он слабый. Но не знала, что я, — тётя Алла бубнила не переставая. Олега стало тянуть ко сну. Он с трудом сдержал зевок. — А там я всё начала, но больше не видела. У меня же слабо было, а когда встал — стало сильно. Когда всё, было поздно. А лифт поехал.
Олег насторожился. После упоминания лифта у тётки обычно начинался припадок. Он поискал глазами бабу Сашу. Она уже возвращалась с пакетом помытых фруктов.
—Пойдёшь? — сказала она. — Ну иди, иди. Счастливо тебе. Давай, Аллочка, пойдём в комнатку.
—Она про лифт вспоминала, — шёпотом предупредил Олег. Баба Саша кивнула.
—Хорошо, хорошо, — сказала она. — Вставай, Аллочка, пойдём, родная.
Олег проводил их взглядом, повернулся и пошёл обратно на станцию. На электричку он успевал с запасом.
Задумчиво глядя под ноги, он пытался вспомнить, что зацепило его память в словах тётки. Он, может быть, и вспомнил бы, но внезапно услышал начальственный голос:
—Товарищ сержант!
Подняв голову, Олег увидел перед собой здорового мордатого полковника. Отдав честь, он представился:
—Сержант Белов.
—Сержант Белов, почему честь не отдаёте, проходите мимо? — поинтересовался полковник.
—Виноват, товарищ полковник, — ответил Олег. — С дежурства только, тётку ездил навещать. Она у меня здесь в лечебнице.
Полковник изучающе оглядел Олега и почти человечно сказал:
—В следующий раз будьте внимательнее, сержант Белов. Можете идти.
—Есть! — Олег отдал честь, развернулся и пошёл прочь. К перрону подъезжала электричка.

Комментарии закрыты


На цитирование более 500 символов подряд из любого места сборника требуется публичное разрешение автора.
©Жорж де Корж, http://cd0.ru/, 2007
Блог